Путешественник из Петербурга в одиночку отправится в Антарктику

 

Россия. Санкт-Петербург. Полярный капитан Даниил Юрьевич Гаврилов. Фото: Александр Глуз

— Даниил, расскажите об экспедиции.

— В следующем году я планирую поставить мировой рекорд – за полгода в одиночку пройти вокруг Арктики и Антарктики на гоночной парусной яхте. Подобного никто никогда не делал. Примерно десять лет назад я прошел арктической кругосветкой с командой, что тоже было впервые в истории, сейчас хватает опыта, чтобы преодолеть этот путь самостоятельно.

Это будет полная автономка, без захода в порты и пополнения припасов. За эти полгода проеду вокруг Арктики, спущусь по Атлантике вниз и обогну Антарктиду.

— Как проходит подготовка?

— Один из основных вопросов – укрепление карбонового корпуса лодки, пока она не готова к путешествию среди льдов. В итоге она должна держать удар льдин, но при этом не стать слишком тяжелой, чтобы не потерять ходовые качества. Еще один важный момент – правильно рассчитать время, чтобы разойтись с основной ледовой массой. Окошко, позволяющее сделать это, совсем невелико, буквально несколько недель.

Есть несколько инновационных идей. Например, мы хотим научить лодку, участвующую в экспедиции, некой самостоятельности. Грубо говоря, разрабатываем систему, которая позволит компьютеру среагировать, если я выпаду за борт, чтобы она вернулась и подобрала меня. Аналогов подобных систем сегодня нет. Также мы разработали собственный, петербургский, опреснитель воды, который сейчас тестируется на другой лодке, работающей близ Новой Земли. Он дает в три раза больше пресной воды, чем аналоги.

— Как будет осуществляться поддержка плавания?

За нашими дальними экспедициями следит береговой штаб. Сидя в теплом, уютном офисе, они помогают анализировать ситуацию, отслеживать перемену погоды и т. п. Если ребята увидят, что что-то идет не так, сразу сообщат, на что следует обратить особое внимание.

— В непосредственной близости будет какое-то судно для страховки на случай непредвиденной ситуации?

— Нет, такого не будет. При этом через технические средства достижение будет фиксироваться официальным судьей Книги рекордов Гиннесса и рядом других организаций.

Фото: Из архива героя публикации

— Что обязательно берете в экспедицию? Говорят, все моряки суеверны.

— Всегда беру с собой икону. Ну и, конечно, на корме лодки надо положить кусочек дерева, чтобы в случае чего было по чему постучать.

— Когда планируется старт?

— В июле следующего года. Сейчас идет активная подготовка к походу. Еще предстоит научиться засыпать на высоких скоростях гоночной лодки, что абсолютно необходимо при одиночном походе. Ну во всяком случае, в мире куда больше яхтсменов-одиночек, чем полярных-капитанов, поэтому, думаю, не проблема сделать из меня яхтсмена-одиночку для этой экспедиции.

— Как планируете поддерживать хорошее настроение и силы в походе?

— У нас есть профессиональный шеф-повар, я его попрошу, чтобы кроме сублиматов, он подготовил некий комплект радостей, то есть закатал вкусных консервов, чтобы было чем порадовать себя в долгом путешествии. Очевидно, что это будет сложное плавание, много стресса. Там будет темно, холодно, ты один на большой быстрой лодке способной за сутки пройти 480 миль, несущейся сквозь огромные глыбы льда… Еще меня будут поддерживать сеансы связи с родными.

— Как быть с айсбергами?

— Постараюсь прокладывать маршрут там, где вероятность встречи с ними минимальна, хотя полностью исключить риск подобного рандеву невозможно. В идеале пройти в те непродолжительные дни, когда световой день еще есть, а льды еще не стали непреодолимой преградой. Ночью ходить по льдам это вообще сложно… Обычно это прожектор, вахта на радаре, впередсмотрящий и прочее, словом, много людей, а тут я буду один, и опять же скорость куда выше.

— Сколько времени вы обычно проводите в море?

— Я заболел этим с четырехлетнего возраста. Для меня пребывание в море – привычное дело, восемь месяцев в году в иллюминаторе своей каюты я вижу бесконечные ледяные поля и лишь на пару месяцев возвращаюсь в Петербург. Для нашей семьи Антарктида – дом.

— Были суровые шторма и испытания, которые особо запомнились?

— Истории из разряда морских баек про шторма и тому подобное – это не про нас. Если вы их где-то слышите, значит, тот, кто рассказывает, непрофессионально подходит к своей работе. Скажем, в этом году морской леопард «съел» одну из лодок, приведя ее в негодность. Она была пустая, ее оставалось поднять на борт, но котик решил поиграть. Вообще, животные в Антарктиде не боятся людей. Когда наш гость наигрался с лодкой, то попытался перегрызть швартовочные концы, но, в общем-то, и все.

— Вы планируете организовать курсы полярных капитанов. Расскажите подробнее.

— Уже этой осенью планируется организовать авторские курсы, посвященные плаванию во льдах, обслуживанию и обеспечению безопасности мореплавания в высоких широтах на базе одной из морских школ города. Конечно, у людей, которые будут проходить эти курсы, должно быть как минимум базовое морское образование. В среднем наше объединение «Русарк» проводит около 25 экспедиций в год в Арктике и Антарктике. Это совершенно различные проекты – от проведения научных изысканий до съемок художественных фильмов и туризма. Периодически мы участвуем в спасательных операциях. Однажды пришлось привести австралийскую лодку по одному из наиболее сложных судоходных маршрутов по проливу Дрейка.

В этом году у нас будет три большие научные экспедиции. Первая – океанографические исследования с румынской академией наук, совсем скоро отправляюсь на Новую Землю, где с российскими ботаниками будем изучать мхи, а также будет проект с российскими океанографами в Индийском океане, будем открывать новые виды планктона. Если говорить о фильмах, в октябре этого года выйдет фильм, посвященный 200-летию открытия Антарктиды, съемки которого мы обеспечивали во время плавания, в сентябре отправимся в экспедицию с National Geographic для съемок картины о Земле Франца-Иосифа.

К слову, в этом году мы отвезли на антарктическую станцию «Беллинсгаузен» две иконы из Афонского и Псково-Печерского монастыря в честь 200-летия открытия Антарктиды экспедицией Фаддея Беллинсгаузена и Михаила Лазарева. На станции есть самый южный в мире православный храм. Пять лет назад я венчался там со своей супругой.

— Как устроена жизнь на полярных станциях?

— Везде свои порядки. Одна из традиций – когда каждое воскресенье люди бреются и в пиджаках с галстуками устраивают свой культурный досуг. Словом, стараются не быть похожими на тот образ полярника — в ушанке и ватнике, с бородой, который представляют себе большинство людей. На каждой станции постсоветского пространства особое место – баня.

— А веники для бани берете с собой?

— В Антарктиду нельзя везти ничего такого. Семена, травы, банные веники и прочее под запретом. Все, кто там работает, и мы в частности, стараются сохранить первозданную девственность континента.

— А по традиции после бани в прорубь прыгают?

— На российской станции построена купель, а на Вернадского просто прыгаешь в воду, и пингвины рядом с тобой плавают. Как-то все дружно сосуществуем.

Источник